Преследуем неприятеля!

Из воспоминаний бывшего ополченца 5 Московской стрелковой дивизии Пантелеева Никиты Андреевича.

В октябре 1941 г. истребительные батальоны, созданные по инициативе Московского Комитета партии, вышли на ближние подступы к столице и приступили к строительству оборонительных сооружений. Работа кипела днем и ночью. Отдыхать было некогда. Тут же и засыпали. Только заканчивали окопы в одном месте, как следовал приказ перебросить батальон для укрепления других позиций.

Многие бойцы не хотели мириться с тем, что они в тылу. Писали рапорты, чтобы их послали на передовую или поручили выполнять более «серьезное» задание. Скоро настроение поднялось. Командующий Московским военным округом издавал приказ, по которому истребительные батальоны Москвы сводились во 2-ю отдельную бригаду московских рабочих. 14 ноября 1941 г. наша бригада стала именоваться 5-й Московской стрелковой дивизией.

– Теперь мы солдаты действующей армии, – говорили бойцы. Значит, скоро на передовую.

5-я стрелковая дивизия заняла оборону на юго-западной окраине Москвы. С наступлением холодов части спешили зарыться в землю. Каждый взвод строил себе блиндажи.

20 января 1942 г. приказом Верховного командования 5-я стрелковая дивизия была переименована в 158-ю стрелковую дивизию. Большинство ее личного состава являлось бойцами истребительных батальонов.

Вступила в свои права суровая зима. Глубокие снега покрыли землю. Но в подразделениях шла усиленная боевая учеба. Дивизия совершала длительные походы со встречными «боями». Роты автоматчиков и разведчиков уходили на лыжах в дальние рейды, в ночные поиски «противника».

В частях царило бодрое настроение. Все чувствовали, что встреча с противником не за горами, а там преследование и изгнание его с родной земли. Поэтому бойцы относились к занятиям очень серьезно.

Когда советские войска отбросили врага от Москвы, 158-я стрелковая дивизия получила боевой приказ выступить на фронт для участия в дальнейших наступательных операциях. 7 февраля 1942 г. она прибыла на станцию Селижарово в распоряжение 22-й армии Калининского фронта.

Стояли свирепые морозы. Глубокий снег, бездорожье, пурга затрудняли передвижение. Ветер стегал в лицо колкой снежной пылью. Обогреться негде. Тяжелее всех приходилось артиллеристам. Они тащили на себе орудия. Но никто не жаловался. Бойцы торопились быстрее дойти до цели.

Еще далеко до переднего края. Но впереди нас на горизонте уже появлялось и тут же угасало дрожащее зарево. Это противник освещал ракетами линию фронта.

Бойцы всматриваются в ту сторону, где им предстоит скоро сражаться с врагом. А вот и лощина, в которой расположена деревня Васильки. Согласно приказу, нам следует выбить отсюда фашистские войска и наступать в направлении деревень Быстрылево и Кузнецово.

Помню ночь с 20 на 21 февраля. Поднялся сильный буран. Метель засыпала глаза. Некоторые взводы теряли направление. Однако опытный командир 1-го батальона майор Есиновский сумел вывести своих бойцов к деревне Васильки. Автоматчики под командованием младшего лейтенанта Алдошина ворвались в деревню и в стремительном броске уничтожили гранатами несколько огневых точек противника. Благодаря этому другие подразделения получили возможность успешно наступать на Васильки.

К рассвету в результате  тяжелых боев деревня была полностью очищена от гитлеровцев. На другой день мы выбили фашистов из деревень Быстрылево и Кузнецово.

К исходу 23 февраля 1942 г. на отдельных участках Калининского фронта части неприятеля предприняли сильнейшую контратаку. Несколько часов без перерыва враг обстреливал деревню Сазоново из орудий и минометов. Потом появилось 24 бомбардировщика. Они принялись бомбить деревню, обстреливали ее из пулеметов, поджигали дома зажигательными пулями. Деревня пылала.

Предполагая, что такая огневая подготовка внесет панику и деморализует наших бойцов, солдаты противника пошли в контратаку во весь рост. Они начали обходить деревню с флангов.

Завязался ожесточенный бой. Враг наседал со всех сторон. То и дело рвались мины и авиабомбы. Но никто из бойцов 158-й стрелковой дивизии не пошел на попятную, не струсил. Воины скашивали наседавших фашистов пулеметным огнем, строчили из автоматов. Отражением контратаки руководил военком полка, батальонный комиссар А.П. Мостовой. Отважный комиссар появлялся на самых опасных участках. С автоматом в руках он подбегал к оборонявшимся, личным примером воодушевляя их. Видя рядом с собой высокую фигуру комиссара, бойцы подавляли естественное чувство страха и не отступали ни на шаг.

Группа солдат в 15-17 человек закрепилась на окраине деревни Сазоново. Она защищала рубеж, на который двигались цепи гитлеровцев. Над головами с визгом летели мины. Снег стал красным от зарева пожара. Некоторые из бойцов дрогнули, растерялись. В тот момент появился комиссар. Он быстро организовал круговую оборону.

Фашисты подходили все ближе. «Психическая» атака, непрерывные разрывы мин, отчаянная бомбежка действовали, конечно, на необстрелянных бойцов. Тогда комиссар А.П. Мостовой собрал их вокруг себя и сказал:

– Кто хочет вступить в партию и в этом бою не дрогнет, останется на своем месте, тому я, комиссар полка, даю рекомендацию!

Все, как один, подняли руки. А.П. Мостовой вынул блокнот и записал имена героев. Бойцы не ушли с рубежа и стойко отбивали контратаку гитлеровцев. Теперь каждый думал об одном: драться с фашистами так, как подобает коммунистам.

Отлично действовали в бою пулеметчики – командир пулеметной роты Кынтиков и боец Котенков. Они забрались на чердак и оттуда поливали фашистов смертоносным огнем из ручного и станкового пулеметов. Пулеметчики сразили до 30 солдат противника. Вскоре враг обнаружил их, фашистские автоматчики обстреляли чердак. Комсомолец Котенков был убит. Кынтиков получил ранение. Но он не прекращал огня до тех пор, пока гитлеровцы не отошли.

Партийный организатор 4-й стрелковой роты Фомичев собрал пять бойцов – коммунистов и комсомольцев и повел их против группы фашистских автоматчиков. Бесстрашные воины сдержали напор противника.

Храбро сражались пулеметчики Рябовы отец и сын. Они мужественно отражали натиск врагов, беззаветно дрались за родную советскую землю.

Так бойцы-истребители отбивали ожесточенные контратаки гитлеровцев. Ни бомбежки, ни минный обстрел не смогли поколебать их мужества, их верности своему долгу. Деревня была освобождена.

Тяжелые бои пришлось выдержать подразделениям полка и за деревню Яблоньку. Деревня раскинулась на возвышенности. Она господствовала над широкой лощиной, откуда велось наше наступление. Противник имел станковые и ручные пулеметы, несколько минометов, два легких танка. Подступы к деревне все время находились под кинжальным и фланкирующим огнем всех видов оружия. Такая система огня маскирует отдельные гнезда и делает их мало уязвимыми.

Бой за Яблоньку разгорался все жарче и жарче. Фашисты вели стрельбу из всех изб. Чтобы выбить гитлеровцев из деревни, командование полка создало специальные ударные группы. Девять смельчаков под руководством сержанта В. Шипенкова подползли незаметно к окраине деревни и, заняв выгодную позицию, открыли прицельный огонь по врагу.

Шипенков подкрался к одному из домов, где засела большая группа фашистов, и бросил в окно несколько гранат. Послышались крики раненых. Кое-кто из уцелевших выбежал на улицу. Как ни метались гитлеровцы, меткие очереди отважных воинов всюду настигали их. В этот момент застрочил вражеский пулемет. Шипенков и его бойцы не растерялись. Они быстро уложили двух фашистских пулеметчиков.

Во время боя за деревню четко и слаженно работали артиллеристы батареи старшего лейтенанта Орлова. Им было приказано подавить огневые средства противника. расчистить подступы к деревне. С неизменной точностью стрелял наводчик Гусев, не допускал заминки замковый Павлов. После первых же залпов наблюдатель доложил, что снаряды подавили пулеметную точку врага, уничтожили девять фашистских автоматчиков.

Артиллеристы батареи Орлова никогда не забудут своего товарища комсомольца Ф. Шебедева, погибшего в бою за Яблоньку. Во время штурма деревни Щебелев. увлекая за собой остальных бойцов, первым ворвался в крайний дом и занял его. Однако фашисты окружили дом. Гитлеровцы подожгли его из огнемета, обстреливали из танка.

– Рус, сдавайся, конец! кричали они.

На это комсомолец Щебелев ответил:

– Красный воин в плен не сдается!

Герои продолжали отстреливаться и заживо сгорели.

В бою за Яблоньку смертью героя пал комиссар полка А.П. Мостовой. Враг вел настолько сильный перекрестный пулеметный огонь, так часто засыпал поле боя завывающими минами, что взять деревню было делом чрезвычайно трудным. Бойцы несколько раз атаковали ее, но безуспешно.

23 марта, в шестом часу утра, комиссар повел в атаку ударную группу. Когда бойцы залегли под ураганным огнем неприятеля, А.П. Мостовой поднялся во весь рост и крикнул:

– Коммунисты, за мной! Бей врага!

С этими словами он побежал вперед, увлекая за собой остальных. Пулеметная очередь тут же сразила его. Вражеские пули изрешетили грудь бесстрашного комиссара. но бойцы, воодушевленные его героизмом, стремительным броском ворвались в деревню. Память о комиссаре А.П. Мостовом вечно останется в сердцах тех, кто его знал. Всегда делить радость и горе с бойцами, всегда находиться там, где грозит опасность, где решается успех боя, было его правилом. Во время сражения он не мог оставаться спокойно в штабе или на командном пункте С автоматом в руках шел он на передовые позиции. В одном из боев за деревню Холмец А.П. Мостовой получил сильную контузию в голову. Врачи предписали ему абсолютный покой и постельный режим. Однако не таков наш комиссар, чтобы лежать, пока бойцы сражаются с врагом. Он то и дело порывался уйти на линию огня, но всякий раз его останавливали. Наконец, комиссар не выдержал и на третий день вернулся на передовую.

При контратаке гитлеровцев на деревню Сазоново А.П. Мостового легко ранило в ногу. Товарищи, лежавшие рядом, заметили кровь и хотели позвать санитаров. А.П. Мостовой приказал им молчать и запретил себя перевязывать, чтобы бойцы ничего не видели.

158-я стрелковая дивизия вступила в первые бои в очень тяжелой обстановке. Мы не имели соответствующей техники, бездорожье и глубокие снега задерживали продвижение артиллерии. Она далеко отстала от своих частей. Несмотря на это, бойцы и командиры проявили такой беспримерный героизм, что враг не смог устоять. Преодолевая упорное сопротивление противника, дивизия овладела 17 населенными пунктами, каждый из которых представлял собой сильно укрепленный узел обороны.

Хочется сказать несколько слов о мужестве наших разведчиков. Во время наступательных боев в районе деревни Холмец 12 разведчиков 879-го стрелкового полка направились в тыл врага. Чтобы остаться незамеченными, им пришлось проползти по-пластунски около 3 километров. метров. 30-градусный мороз, сильный встречный ветер, слепляющий глаза снежный буран, затрудняли продвижение. А ведь разведчики тащили с собой гранаты, запас патронов и даже пулемет!

Все устали до изнеможения. На снегу оставались следы крови: у некоторых разведчиков на коленях протерлись брюки. Бойцы не могли даже поднять голову. Противник освещал ракетами каждый метр территории. Все чаще и громче слышна вражеская речь. Но вот передний край остался позади обороны противника.

В это время 879-й стрелковый полк пошел в наступление на сильно укрепленную деревню Васильки. Противник открыл минометный огонь. С западной окраины деревни Холмец заработала фашистская батарея.

Вскоре разведчики услышали могучее русское «ура». Наш полк пошел в атаку на Васильки. Теперь уже можно продвигаться во весь рост. Ведь это уже глубокий тыл противника. А вот и телефонные провода. Они тянутся из тыла к обороне гитлеровцев. Разведчики перерезали провода, захватив с собой около 100 метров. Потом повредили еще восемь телефонных линий. Штаб вражеской дивизии потерял связь с передовыми частями.

В деревне Холмец, которая являлась главным узлом обороны противника, началась паника. Вскоре оттуда в направлении группы разведчиков показалась несущаяся автомашина. Быстро оседлав дорогу, разведчики ждали ее приближения. Не успела машина поравняться с бойцами, как вокруг нее и даже в кузове раздались взрывы гранат. Крики и стоны захватчиков нарушили мертвую тишину темной морозной ночи. Затрещали автоматы. Разведчиков нельзя было удержать. Они забыли, что главное – нужен «язык».

Разведчики захватили штабные документы противника. И какие документы! Все схемы оборонительных сооружений переднего края обороны, расположение огневых средств, штабов, резервных и тыловых подразделений неприятеля.

Забрав с собой папки с документами и другие трофеи, разведчики двинулись в сторону переднего края. Все думали о том, что поспешили и не оставили в живых ни одного «языка». Но долго горевать не пришлось. В темноте разведчики увидели, что навстречу им двигалась цепь вражеских солдат – около 30 человек. Первыми в беспорядке открыли огонь гитлеровцы. Раздались крики: «Рус, сдавайся!» Но советские воины заняли выгодную позицию для круговой обороны. Используя темноту и снежную погоду, они рассредоточились по одному, обогнули цепь противника и ударили неприятелю в спину. Уже на рассвете разведывательная группа возвратилась в расположение своих подразделений. Она принесла с собой ценные документы и различные трофеи. И это было первое крещение разведчиков москвичей.

Данные, добытые разведчиками, оказали неоценимую услугу командованию дивизии в разработке планов боевых операций по уничтожению живой силы и техники противника и освобождению ряда деревень от ига фашистских захватчиков.

Навсегда сохранятся в памяти наших бойцов имена Марии Давыдовой и санинструктора 1-го батальона Александры Гвытьевой. М. Давыдова, будучи раненой, не покинула поле боя. Напрягая последние силы, она помогала выносить раненых бойцов и оказывать им медицинскую помощь.

А сколько подлинно героического было в работе санинструктора А. Гвытьевой! Я часто видел Шуру на поле боя в окровавленной и изодранной шинелишке, когда она, напрягая все свои силенки, тащила по глубокому снегу раненого бойца.

Однажды мне пришлось быть свидетелем, как А. Гвытьева вместе с бойцами ходила в контратаку. Когда врага отбросили, командир 1-го батальона получил задание провести разведку и захватить языка. Бойцы после контратаки устали, и командир решил послать в разведку только добровольцев. А. Гвытьева первая изъявила желание идти в разведку. Ее примеру последовали 22 бойца. Двое подготовленных разведчиков из взвода полковой разведки возглавили группу добровольцев.

Под прикрытием темной ночи бойцы достигли намеченного объекта. Шура попросилась в захватгруппу.

Царила полная тишина. Бойцы прижались к земле. Затаив дыхание, они подползали с двух сторон к пулеметному расчету противника. Вдруг взвилась в воздух осветительная ракета. Не теряя времени, разведгруппа бросилась на пулеметный расчет. Тяжело раненного солдата противника Шура доставила в расположение своего подразделения. Но «язык» скоро скончался. Шура тщательно обыскала труп и все изъятые документы срочно доставила командиру батальона.

После перевода документов на русский язык оказалось, что разведка была очень удачной. Пленный сержант вел дневник, в котором содержались ценные сведения. Он, например, записывал название и вооружение известных ему частей. Из дневника стало известно, что на 2 марта назначен отход противника на новый рубеж обороны.

Незабываемы примеры доблести, мужества, стойкости и героизма, проявленные в боях бойцами, командирами и политработниками москвичами. Части 158-й стрелковой дивизии продолжили лучшие традиции московских коммунистов.

Народное ополчение Москвы. – М.: Московский рабочий, 1961. С. 319-324

Изображение (фото): МГЛУ

Исторические события:

• Московское народное ополчение 04.07.1941-15.10.1941;
• Битва за Москву 30.09.1941-20.04.1942;
• Калининская оборонительная операция 10.10.1941-04.12.1941;
• Калининская наступательная операция 05.12.1941-07.01.1942.

Участники событий и другие указанные лица:

• Гвытьева Александра Семеновна, старший сержант медслужбы, санинструктор 158 стрелковой дивизии;
• Давыдова Мария Николаевна, лейтенант медицинской службы, командир санитарного взвода 879 стрелкового полка 158 стрелковой дивизии, участница Великой Отечественной войны;
• Есиновский Василий Васильевич, майор, командир батальона 8 стрелкового полка 5 Московской стрелковой дивизии, командир батареи 879 стрелкового полка 158 стрелковой дивизии, участник Великой Отечественной войны;
• Мостовой Анатолий Петрович, доброволец 13 дивизии народного ополчения Ростокинского района Москвы, батальонный комиссар, участник Великой Отечественной войны;
• Пантелеев Никита Андреевич, подполковник, участник Гражданской и Великой Отечественной войн, командир роты 5 московской стрелковой дивизии;
• Шипенков Василий Никитович (Никитич), младший лейтенант, командир огневого взвода 875 стрелкового полка 158 стрелковой дивизии.