Любанская наступательная операция

Зима 1941-1942 гг. стала для защитников Ленинграда временем наиболее тяжелых испытаний, лишений и жертв. Ежедневно немецкие самолеты совершали налеты на город. Дальнобойная артиллерия по-прежнему обстреливала не только войска, но и жилые кварталы. С наступлением холодов еще более сократился подвоз топлива. Вскоре встал весь городской транспорт. Одно за другим закрывались предприятия. Но самым острым и трудным оставался продовольственный вопрос. Чтобы спасти жизни миллионов ленинградцев, необходимо было как можно скорее прорвать блокаду, а для этого требовалось разгромить противника, осаждавшего город.

К началу января 1942 г. на ближних подступах к Ленинграду, а также в полосе от Ладожского озера по р. Волхов до Осташкова продолжала действовать немецкая группа армий «Север». В ее 18-й и 16-й армиях насчитывалось 26 пехотных, две танковые, три моторизованные и три охранные дивизии. Они занимали оборону на заранее подготовленных рубежах. На всех важных участках, на пересечении дорог, на холмах среди болот, на месте разрушенных деревень были оборудованы опорные пункты. Подступы к ним минировались и прикрывались несколькими рядами колючей проволоки. По дорогам патрулировали танки.

По замыслу Ставки ВГК, основная роль в предстоявшей операции отводилась возглавляемому генералом армии К.А. Мерецковым Волховскому фронту. Ему предстояло силами 4, 59, 2-й ударной армий разгромить врага на западном берегу р. Волхов. В дальнейшем, развивая наступление в северо-западном направлении, совместно с 54-й армией Ленинградского фронта уничтожить его мгинскую группировку (13-14 дивизий) и тем самым прорвать блокаду Ленинграда. На направление другого удара выделялась 52-я армия, задача которой заключалась в том, чтобы освободить Новгород и отрезать противнику пути отхода перед Северо-Западным фронтом, который также переходил в наступление в районе Старой Руссы.

В состав Волховского фронта входили 21 стрелковая, одна танковая и три кавалерийские дивизии, восемь стрелковых и одна танковая бригады, 12 отдельных лыжных батальонов, пять отдельных танковых батальонов. Им противостояли семь пехотных, одна танковая, одна моторизованная и одна охранная дивизии немецкой 18-й армии. Фронт превосходил врага по количеству людей в 2,2 раза, орудий и минометов – в 1,5 и танков – в 3,2 раза. Но это превосходство нивелировалось нехваткой боеприпасов. Кроме того, соединения 4-й и 52-й армий после тяжелых боев насчитывали по 3,5-4 тыс. человек вместо штатных 10-12 тыс. А 2-я ударная и 59-я армии, прибывавшие из резерва, к началу операции еще не успели завершить сосредоточение всех сил и средств в исходном районе для наступления. В ночь на 7 января генерал армии К.А. Мерецков докладывал в Ставку, что «не прибыла… артиллерия 2-й ударной армии, не прибыли ее гвардейские дивизионы, не сосредоточилась авиация, не прибыл автотранспорт, не накоплены запасы боеприпасов, не выправлено еще напряженное положение с продфуражом и горючим».

54-я армия генерал-майора И.И. Федюнинского объединяла в своем составе пять стрелковых и одну танковую (без танков) дивизии, стрелковую бригаду и бригаду морской пехоты, танковую бригаду и три артиллерийских полка РГК (всего более 65 тыс. человек, 629 орудий и минометов, 108 танков). Еще 4 января ее соединения и части начали наступление с рубежа Вороново, Малукса, южный берег болота Соколий Мох в общем направлении на Тосно. В течение нескольких дней они предпринимали попытки прорвать оборону противника, но все они были безуспешными.

Наиболее тяжелые бои велись в районе станции Погостье. Здесь оборонительный рубеж немецких войск был подготовлен по железнодорожной насыпи, высота которой была доведена до 3 м. В ней вражеские подразделения выкопали блиндажи, ячейки для стрелков и пулеметные площадки. Через каждые 200 м располагались деревоземляные огневые точки (дзот) на один – два станковых пулемета. Захватить станцию удалось лишь к середине января. Но и в последующем 54-я армия так и не выполнила поставленные перед ней задачи. Рассредоточив силы в широкой полосе, она прорвала оборону противника лишь на отдельных участках, продвинулась на 2-4 км, но развить успех не смогла.

Переход в наступление армий Волховского фронта осуществлялся разновременно. Учитывая задержку с прибытием 59-й и 2-й ударной армий, генерал армии К.А. Мерецков принял решение вначале нанести удар только имевшимися в его распоряжении 4-й и 52-й армиями с целью уничтожения немецких войск на западном берегу р. Волхов до линии железной дороги Кириши – Чудово. Однако командование врага значительно усилило свою группировку на угрожаемом направлении. В результате малочисленные соединения двух армий, оставшиеся к тому же без артиллерии и танков, которые не удалось переправить через Волхов, в течение шести дней лишь на отдельных участках вышли к линии железной дороги.

7 января, не закончив полного сосредоточения и создания группировок на направлении главного и других ударов, в наступление перешли все армии фронта, в том числе и часть сил 2-й ударной армии (одна стрелковая дивизия и четыре стрелковые бригады). Форсировав на ряде участков р. Волхов, их соединения втянулись в бои за прибрежные населенные пункты и понесли большие потери. Отсутствие вторых эшелонов не позволило развить успех в глубину. Это дало возможность противнику выиграть время для наращивания усилий в обороне за счет маневра огнем и резервами. Непрерывными контратаками он стремился ликвидировать захваченные советскими войсками небольшие плацдармы на западном берегу реки. Требовалось закончить сосредоточение прибывавших сил и средств, создать сильные ударные группировки, накопить необходимые запасы боеприпасов и горючего. Поэтому командование фронта с разрешения Ставки ВГК приостановило наступление.

К исходу 12 января на участках прорыва сосредоточились три стрелковые и одна кавалерийская дивизии 59-й армии, четыре стрелковые бригады и шесть лыжных батальонов 2-й ударной армии и две стрелковые дивизии 52-й армии. Однако и на этот раз многие артиллерийские части 59-й и 2-й ударной армий находились еще в пути и не могли принять участия в наступлении.

13 января ударные группировки фронта возобновили боевые действия. 4-я армия под командованием генерал-лейтенанта П.А. Иванова наносила удар в направлении Кириши, Тосно. Ее и без того ограниченные силы были равномерно распределены в полосе шириной 25 км. При этом средние плотности не превышали 26 орудий и минометов калибром 76 мм и крупнее и 3,5 танка на 1 км. К тому же ощущалась острая нехватка боеприпасов (к исходу второго дня имелось от 0,25 до 0,5 боекомплектов для различных артиллерийских систем). В итоге немецкие войска, прочно удерживая занимаемый рубеж, отразили все попытки соединений армии прорвать оборону. Уже 14 января она перешла к обороне. По тем же причинам не получило развития и наступление 52-й армии генерал-лейтенанта В.Ф. Яковлева в направлении Новгород, Сольцы.

Наибольшего успеха добилась 2-я ударная армия генерал-лейтенанта Н.Е. Клыкова. Она при поддержке авиации, совершившей до 1500 самолето-вылетов, форсировала р. Волхов во всей полосе. После этого командующий войсками фронта передал в ее состав четыре стрелковые дивизии из не имевшей до того продвижения 59-й армии. Усиление ударной группировки привело в конечном итоге к прорыву вражеской обороны южнее населенного пункта Спасская Полисть и продвижению к 20 января на 30 км. Это позволило генералу армии К.А. Мерецкову ввести в сражение в качестве эшелона развития успеха находившееся в его распоряжении единственное подвижное соединение – 13-й кавалерийский корпус генерал-майора Н.И. Гусева (две кавалерийские и одна стрелковая дивизии, три лыжных батальона). В ночь на 25 января корпус переправился через Волхов и утром следующего дня начал наступление на Любань.

К концу месяца 2-я ударная армия, развивая наступление в северо-западном направлении, продвинулись на 75 км и находились в 10-12 км от Любани. К тому времени в нее входили пять стрелковых дивизий, кавалерийский корпус, семь стрелковых бригад, двадцать три лыжных и два танковых батальона. Однако, в связи с тем, что другие армии фронта успеха не имели, все эти силы находились под угрозой фланговых ударов противника. Кроме того, ввиду удлинения коммуникаций и узости коридора прорыва они стали ощущать острую нехватку боеприпасов и продовольствия. Снабжение армии осуществлялось по единственной дороге (впоследствии ее стали называть «южной»), которая находилась под постоянным воздействием немецких бомбардировщиков. Правда, в феврале – марте по соседней просеке, в 500 м правее первой дороги, проложили вторую, «северную». Но уязвимость коммуникации от этого не уменьшилась.

Во второй половине февраля основные события происходили на подступах к Любани. Для овладения городом в 15 км от него, у Красной Горки (холм, где стоял дом лесника), были сосредоточены 80-я кавалерийская и 327-я стрелковая дивизии, 18-й артиллерийский полк РГК, 7-я гвардейская танковая бригада, дивизион реактивных минометов и несколько лыжных батальонов.

18 февраля передовые подразделения 80-й кавалерийской дивизии уничтожили врага на насыпи железной дороги и, преследуя его, с ходу овладели Красной Горкой. Вслед за ними в прорыв вошел 1100-й стрелковый полк 327-й стрелковой дивизии. Однако все их последующие попытки атаковать пресекались огнем из дзот и ударами авиации, в результате которых особенно большие потери понесли кавалеристы, оставшиеся без лошадей и действовавшие в пешем порядке.

В течение 27-28 февраля противник нанес удар по сходящимся на Красную Горку направлениям силами до четырех пехотных дивизий, восстановил утраченное положение и окружил передовой отряд советских войск. Несмотря на то, что вскоре у отряда закончились боеприпасы и продовольствие, он успешно отражал удары в течение десяти дней. В ночь на 9 марта подразделения 80-й кавалерийской дивизии и 1100-го стрелкового полка уничтожили тяжелое вооружение, включая пулеметы, и прорвались из окружения.

26 февраля Ставка Верховного Главнокомандования внесла уточнение в первоначальный план операции. Теперь 2-я ударная и 54-я армии должны были вести наступление навстречу друг другу, соединиться в районе Любани, окружить и разгромить вначале любанско-чудовскую, а затем мгинскую группировки немецких войск, и тем самым прорвать блокаду Ленинграда. Для решения этих задач 54-я армия была усилена 4-м гвардейским стрелковым корпусом (стрелковая дивизия, четыре стрелковые и одна танковая бригады, три лыжных батальона, артиллерийский полк и дивизион реактивной артиллерии).

Соединения и части армии в результате ожесточенных боев прорвали оборону врага западнее Киришей, к концу марта продвинулись в сторону Любани на 22 км, вышли на рубеж Погостье, Кородыня, Посадников Остров, однако развить успех не смогли. Противник перебросил на угрожаемое направление с других участков группы армий «Север», а также из Западной Европы семь дивизий и одну бригаду. Эти меры позволили резко изменить соотношение сил в его пользу.

В первой половине марта не достигла запланированного результата и действовавшая на любанском направлении 2-я ударная армия. Это было обусловлено тем, что враг спешно снял из под Ленинграда и направил против нее до четырех пехотных дивизий. Одновременно он подготовил наступательную операцию (получила кодовое наименование «Дикий зверь»). Ее цель заключалась не в разгроме армии, а в перехвате ее коммуникаций. Как отмечал в своем дневнике начальник Генерального штаба сухопутных войск вермахта Ф. Гальдер: «Фюрер требует за несколько дней до наступления провести авиационную подготовку (бомбардировка складов и войск в лесах бомбами сверхтяжелого калибра). Завершив прорыв на Волхове, не следует тратить силы на то, чтобы уничтожить противника. Если мы сбросим его в болота, это обречет его на голодную смерть…».

Для реализации этого замысла командование группы армий «Север» к середине марта развернуло в районах Спасской Полисти и Большого Замошья две группировки (всего до пяти пехотных соединений). В течение нескольких дней они преодолели ожесточенное сопротивление советских войск и 20 марта отрезали 2-ю ударную армию от главных сил Волховского фронта. К концу месяца ценой неимоверных усилий и больших жертв к ней удалось пробить коридор, но его ширина не превышала 1,5-2 км. Он круглосуточно находился под воздействием немецкой авиации, артиллерии и пулеметов.

События последней декады марта 1942 г. выявили чрезвычайную опасность даже кратковременного нарушения коммуникаций в Мясном Бору. Тогда продовольствие и боеприпасы окруженным частям пришлось доставлять самолетами. Пищевой рацион, например, в 13-м кавалерийском корпусе сразу сократился до одного сухаря в день. Бойцы выкапывали из-под снега и ели трупы убитых и павших лошадей. Для снабжения 2-й ударной армии срочно оборудовали полевой аэродром у деревни Дубовик. В апреле ее положение стало еще труднее. Из-за весенней распутицы по дорогам не могли передвигаться даже повозки, и специальные группы солдат и местных жителей носили на себе боеприпасы и продовольствие за 30-40 км. 10 апреля начался ледоход на Волхове, и пока не были наведены наплавные мосты, обеспеченность войск еще более ухудшилось. Несмотря на это, была предпринята очередная, третья, попытка овладеть Любанью. Как и две предыдущие, она не принесла успеха.

Генерал армии К.А. Мерецков неоднократно просил у Ставки ВГК разрешения отвести 2-ю ударную армию из болот на плацдарм к Волхову, но вместо этого 21 апреля было принято решение расформировать Волховский фронт. Оно мотивировалось необходимостью объединения общих усилий, направленных на разгром группировки врага под Ленинградом. В связи с этим армии Волховского фронта вошли в Ленинградский фронт и стали составлять его Волховскую оперативную группу. Но вскоре выяснилось, что командующий войсками этого фронта генерал-лейтенант М.С. Хозин, находясь в Ленинграде, не в состоянии эффективно осуществлять руководство войсками в сложной обстановке одновременно на нескольких операционных направлениях, в особенности, в районе действий 2-й ударной армии.

Между тем, обстановка в ней была близка к критической. Траншеи заливало водой, кругом плавали трупы, бойцы и командиры голодали, не было соли и хлеба, отмечались случаи трупоедства. Не осталось ни хлорки для обеззараживания воды, ни медикаментов. Не было кожаной обуви, и люди ходили в валенках. Для снабжения армии ее воины, работая весь апрель по пояс в воде, построили в 500 м от «северной» дороги узкоколейную железную дорогу от Мясного Бора до Финёва Луга. Но это не могло выправить положения с продовольствием и боеприпасами. Учитывая бесперспективность дальнейшего наступления, командующий войсками Ленинградского фронта 30 апреля приказал 2-й ударной армии перейти к обороне на достигнутых рубежах. Это решение предопределило последовавшую в мае – июне 1942 г. катастрофу.

В целом можно констатировать, что цель Любанской операции так и не была достигнута. В ее ходе советские войска понесли большие потери. Они составили более 308 тыс. человек, из них 95 тыс. – безвозвратные. Такой неутешительный итог был обусловлен: принятием Ставкой решения на ведение наступления одновременно на всех направлениях советско-германского фронта при отсутствии объективных условий для этого; распылением сил и средств и невозможностью в связи с этим создать сильные ударные группировки; короткими сроками подготовки операции; недостатками в материально-техническом обеспечении боевых действий; слабом взаимодействии между ударными группировками фронтов; недооценкой сложных природно-климатических условий района проведения операции.

Текст: Валерий Абатуров, ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института военной истории Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидат исторических наук. 

Изображение из открытых источников.

Исторические события:

• Битва за Ленинград 10.07.1941-09.08.1944;
• Ленинградская стратегическая оборонительная операция 10.07.1941-30.09.1941;
• Блокада Ленинграда 08.09.1941-27.01.1944;
• Любанская наступательная операция 07.01.1942-30.04.1942.

Участники событий и другие указанные лица:

• Мерецков Кирилл Афанасьевич, советский военачальник, участник Гражданской и Великой Отечественной войн, Маршал Советского Союза, Герой Советского Союза, кавалер Ордена «Победа»;
• Федюнинский Иван Иванович, советский военачальник, генерал армии, Герой Советского Союза, Герой Монгольской Народной Республики.